Возлюбившим западную демократию…

http://2000.net.ua/2000/svoboda-slova/sotsium/67323

На чем строить будущее нашей страны? Как ни странно, но все ответы на этот основополагающий вопрос украинского бытия всеми полемистами группируются в области определенности. И синтезировав все теоретические демократических институтов в приличном обществе, с точки зрения интеллектуалов из многих наших масс-медиа, считается дурным тоном.рекомендации в единое целое, практически всегда известен общий знаменатель для обобщающего ответа – строить наш государственный дом нужно на основе чужого опыта. Таким опытом в подавляющем числе рекомендаций является западная демократия. Эта священная корова для политиков Украины все годы независимости есть существо божественное, критиковать постулаты западных
Именно то, что этот опыт чужой, не вытекающий органически из нашей истории, делает его весьма привлекательным для украинского националистического политикума, так как с его точки зрения, он дает гарантию, что не заражен тем ядом, которым якобы пропитано все наше советское прошлое. Наоборот, поиски какого-то иного пути неизбежно вызовут, как полагают наши политические оракулы, особенно «оранжевые», новые катастрофы и отбросят Украину в развитии назад. Поиск собственного пути развития государства научным сообществом Украины практически не ведется, по мнению большинства наших политических экспертов, выбор возможен лишь из двух вариантов: современная демократия западного типа или тоталитаризм.
Вряд ли реальная жизнь укладывается в столь упрощенную схему. В современном состоянии институты западной демократии приобрели ряд сомнений, которые необходимо тщательно обсудить, прежде чем рекомендовать их безоговорочно в качестве единственного решения наших проблем. Назовем некоторые из них.
Этот строй не является, по-видимому, таким уж естественным, переход к нему обычно был связан с мучительным и кровавым катаклизмом: очевидно, необходимо какое-то насилие над естественным историческим процессом. Такова была гражданская война в Англии, террор во Франции, которую почти столетие трясло как в лихорадке.
Французская революция показала, что неограниченная демократия столь же деспотична, как и неограниченная монархия. Современные же западные демократии целиком основываются на принципе неограниченного народовластия: любое решение, принятое большинством населения – законно, референдум в европейских странах возведен в абсолютную истину. Но научно ли это? Если бы, например, во времена Николо Коперника решили бы на референдуме обсудить вопрос о вращении нашего светила вокруг Земли (именно так был бы сформулирован вопрос!), то гениальный ученый оказался бы в гордом одиночестве со своим утверждением, что Земля вращается вокруг Солнца, а не наоборот. И результатом такого «демократического» референдума стало бы инквизиторское расследование деятельности ученого Коперника – не могло ведь ошибаться абсолютное большинство населения, которое было в то время тотально убеждено, что именно Солнце вращается вокруг Земли.
В этом многие критики современной демократии видят признак ее упадка, неудачу предпринятой более двухсот лет назад попытки построить свободное общество на принципах народовластия. Сейчас, по их мнению, в западном обществе свободы существуют в силу инерции, а не как следствие принципов, на которых это общество построено.
Давно прошло время, когда западные демократии были динамичной силой, в самих западных демократиях растет число противников такой государственной системы. Сторонники же ее обычно прибегают к тому аргументу, что как она ни плоха, остальные – еще хуже. Такой аргумент уже вряд ли может вдохновить кого – либо на защиту этого строя, двести лет назад так не говорили. Видимо, два столетия и являются предельным сроком жизни западной демократии, как раз столько и существует многопартийная демократия в Западной Европе и США. По всем признакам, многопартийная западная система – уходящий общественный строй. История явно перерабатывает этот строй во что-то новое, можно попытаться повлиять на то, во что и какими путями он будет перерабатываться, но повернуть этот процесс вспять – безнадежно.
Между тем, можно рассмотреть будущее западной демократии предельно объективно, без личных, групповых пристрастий, ангажированности какими-либо интересами. Для этого надо лишь вспомнить, что любое общество может существовать и развиваться лишь в рамках соблюдения законов живой и неживой природы, что фундаментальное условие жизни на земле – требование размножения. Какой бы развитой, свободной, демократичной не считала себя страна, население ее должно прежде всего воспроизводить себя. Но как раз эта задача оказывается для западной демократии неразрешимой проблемой! Демография и демократия – антиподы, они не уживаются вместе.
Обычно о степени демократичности страны принято судить по обеспечению прав и свобод личности, честности проведенных выборов, четкому разделению властей, и такое мнение в Украине возведено в абсолют. Однако в действительности вовсе не это определяет степень «пораженности» общества демократией.
Самым верным и объективным критерием демократичности общества служит вымирание коренного населения страны в мирное и сытое время! Демографы давно количественно установили границу минимальной рождаемости, переступать которую нельзя – это 2,1 ребенка на одну женщину. В настоящее время в мире ни одна страна, которую принято считать демократичной, не достигает этого порога! Например, в среднем рождаемость по Европе – 1,4 ребенка, существует даже формула – «демократическая страна – это вымирающая страна». Так что в этом контексте Украина во главе списка самых «демократичных» стран мира. Чтобы понять, как она докатилась до жизни такой, надо хотя бы вкратце описать условия, на которых прижился и расползается «чертополох демократии», стремясь заполонить все поле человечества.
В борьбе за власть все средства хороши. Среди множества человеческих страстей бросается в глаза, поражает своей неуемностью жажда власти, в Украине она приобрела размеры национального бедствия. По приемам борьбы за власть политическая элита во всех странах обоснованно делится на «львов» и «лис». Первые, грудью бросаясь на штурм казарм «Монкадо», делают ставку на силу и «безумство храбрых», но на это может решиться далеко не каждый. Этот свой недостаток «лисы» с лихвой компенсируют, делая ставку на своекорыстие низших слоев общества, используя поляризацию общества на горстку богатых и массу бедных. Возможность использования недовольства масс подсказала им идею прихода к власти путем выборов, вспомним, что свой путь во власть еще первый, древнегреческий демократ-реформатор Солон начал с того, что «неимущим он по секрету обещал раздел земли».
И вот в отчаянной борьбе за голоса простых избирателей «железный канцлер» Германии Отто фон Бисмарк одним из первых воспользовался на практике этим приемом – он спешно провел законы о социальном страховании рабочих, среди которых был и закон о пенсии по старости 1889 года. Он хорошо понимал, что перспектива получения пенсии сделает рабочих зависимыми, а значит, и послушными, заставит их отвернуться от призывов к радикальному переустройству мира, к революциям. Скрытый замысел «железного канцлера» сразу же раскусил его современник Фридрих Энгельс: «Своей социальной реформой Бисмарк наряду с дисциплинированной армией солдат и чиновников получил столь же дисциплинированную армию рабочих и служащих». Политикам в борьбе за власть всегда нужны голоса самых активных избирателей, пожилым нужны щедрые на пенсии и льготы политики. Поэтому популисты и демагоги с упорством дятла вдалбливают в общественное сознание представление о государстве, как единственном гаранте достойной и обеспеченной старости. И люди это охотно воспринимают, так как щедрость власти кажется им дармовой.
Итак, грызня за власть натолкнула политиков «лис» использовать в этой схватке простой народ и афишировать эту идею как «народовластие». Реализация этой идеи неизбежно и последовательно приводит к борьбе за голоса избирателей, к введению пенсий по старости от государства. И вот, казалось бы, не имеющий никакого отношения к рождаемости, рынок обмена голосов избирателей на подачки властей подтолкнул людей к малодетной, а теперь все чаще и к бездетной семье. Сформировался и распространился тип так называемого современного, развитого, свободного, демократического, социального и т.д. и т.п., государства с его непременным атрибутом – вымирающим коренным населением. Банкротство демократии. Далее процесс демократизации обществ вообще уходит из-под контроля и становится неуправляемым.
Уж как только ни пытаются власти всех демократических стран воздействовать на рождаемость, планирование семьи! Наши доморощенные демократы как нищие с торбой носятся со Швецией, с их точки зрения идеалом современного государства, реализованного гендерного равенства и социальной защиты людей. Действительно, Швеция при своих щедрых пенсиях по старости пыталась поднять рождаемость такими же щедрыми льготами для родителей, но добилась лишь кратковременного всплеска рождаемости – с 1,6 ребенка на женщину в 1970-е годы до 2,1 спустя десятилетие. К 1989 году суммарный материнский и отцовский отпуск по уходу за ребенком достиг в Швеции одного года с сохранением 90% зарплаты, тем не менее, со временем уровень рождаемости закономерно упал до уровня, ниже прежнего – 1,5 ребенка в 2000 году.
Обвал рождаемости влечет за собой уродливый перекос в возрастной структуре населения всех демократических стран. По данным ученых, для воспроизводства населения в стране доля людей старше 65 лет не должна превышать 7% от всего населения. В странах с развитой системой пенсионного обеспечения доля стариков в разы превышают эту норму: в Швеции – 17%, в Германии – 18%, в Японии – 20%. На Украине, количество людей старше трудоспособного возраста составляет более 12% от общего числа населения страны. Для сравнения, в бедных, развивающихся странах, где нет развитой системы пенсионного обеспечения, старики составляют 1-2% населения, зато дети составляют 50% населения, в то время как на Западе всего лишь 15%.
Фактически, если не будут предприняты радикальные и непопулярные реформы в сфере социального обеспечения, соотношение работающих налогоплательщиков и пенсионеров к 2030 г. составит один к одному. Очевидно, что в этой ситуации даже самые благополучные страны не смогут обеспечить растущей массе новых пенсионеров тот же уровень жизни, которым пользовались их родители. Таким образом, падение рождаемости приводит к старению населения, а это, в свою очередь, – к банкротству всей пенсионной системы. Столкновение цивилизаций. Цепочка разрушительных последствий демократии на старении населения не заканчивается. Старение, в свою очередь, вызывает нехватку рабочих рук и заставляет развитые государства уже сейчас привлекать трудовые ресурсы со стороны. Если раньше Европа колонизовала все остальные части света, то сейчас пошел обратный процесс колонизации Европы Азией и Африкой. Но в одной географической нише не могут мирно уживаться две существенно разные культуры, обязательно возникают трения, конфликты.
Одним из последних свидетельств этому служат волна погромов, учиненных арабскими иммигрантами в окрестностях Парижа, перекинувшаяся затем в соседние европейские страны. Иммигранты не принимают демократические ценности, принятые на территории Европы, и предпочитают сохранять свою собственную национальную, культурную, религиозную идентичность, предпочитают жить изолированно, по своим обычаям и законам. В соседней России, вымирающей со скоростью порядка 750 тысяч человек в год, нехватку рабочих сил вынуждены восполнять выходцами с Кавказа и Средней Азии. Ответной реакцией явилось появление экстремистских движений таких, как «Россия – для русских» и череда погромов, уличных убийств по этническому признаку. События последнего времени дали все основания говорить уже о столкновении цивилизаций, причем это столкновение пытаются представить, прежде всего, как войну в прямом и переносном смысле между «передовым», демократическим Западом и «отсталым», мусульманским Востоком. Сегодня на штыках Запад пробует навязать демократические порядки в Афганистане и Ираке, складывается впечатление, что очередной жертвой насильственной демократизации станет Иран.
Что дальше? Запад выстоял перед кавалерийскими атаками социалистических революций ХХ века, но ничего не может сделать против скрытной, ползучей и, вместе с тем, разрушительной атаки систем государственного пенсионного обеспечения.
Мы говорим Запад, подразумеваем – демократия, мы говорим демократия, подразумеваем – Запад, наше время скоротечно, спрессовано в мгновения. Если агония властелина античного мира Римской империи длилась века, то агония властелина нашего времени – западной демократии – спрессуется в десятилетия. Следует ожидать, что сама жизнь уже в 20-30-ые годы текущего столетия заставит людей критически взглянуть на «прелести» демократии, и оценить ее, в отличие от Уинстона Черчилля, как непригодную форму правления.
Конечно, трудно поверить в надвигающийся крах демократической идеи. Но ведь все человечество зашло в тупик, стало очевидно, что цивилизация, основанная на идеологии «прогресса», приводит к противоречиям, которых эта цивилизация не может разрешить.
Проблема актуальна и для Украины, нужен «мозговой» штурм этой крепости. Надеюсь, что если не триста, то хотя бы десяток «научных спартанцев» примут в нем участие.
г. Белая Церковь